Спектакль «Стриндберг. Пляски» в театре «Модернъ» - премьера громкая, серьезная, обращающая на себя внимание искушенной публики и придирчивых театральных критиков. Постановка рассчитана на зрителей вдумчивых, ищущих, на интеллектуалов и философов. Материал для спектакля непростой – это пьеса Августа Стриндберга «Пляска смерти». Режиссер постановки, Владимир Агеев, содержание пьесы представляет в творчески переосмысленном, несколько сокращенном варианте, демонстрирует некоторое смещение акцентов относительно авторского замысла. Первоначальное произведение Августа Стриндберга является чередованием бытовых сценок, постепенно раскрывающих идею о том, что жизнь – это дьявольский танец, а смерть – его неизбежный финал. В спектакле «Стриндберг. Пляски» это роковое ощущение жизни как адского танца отсутствует. Режиссер переводит мистический конфликт пьесы в плоскость семейных неурядиц, которые философским образом расширяются до масштабов общечеловеческих.

Спектакль в репертуаре театра «Модернъ» обозначен как танцевальная драма. Такая трактовка, безусловно, имеет право на существование и приносит свои плоды. Декорации создают ощущение одновременной незыблемости и неустойчивости мира. Игра актеров заставляет говорить о себе. Ирина Гринева великолепно справляется с поставленной режиссером задачей. Ее героиня, Элис – уставшая и озлобившаяся от непрерывных семейных конфликтов женщина, истеричная, нервная, напряженная. Настроение, которые создают актеры на сцене, неизбежно передается зрителям, они сочувствуют, сопереживают персонажам спектакля, вникают в эти пляски, в этот экстравагантный, непредсказуемый, сложный и многоплановый танец. Режиссерская трактовка Владимира Агеева меняет и смысл «стриндберговского» финала. Мироздание, по замыслу Стриндберга – трагично, жизнь – это мучение, она не приносит наград и удовлетворения, она неминуемо влечет за собой смерть. Владимир Агеев оставляет своим героям крохотный проблеск надежды, примиряя их. Надежды на что? На этот вопрос каждый из гостей театра «Модернъ», ставши й обладателем билетов на спектакль «Стриндберг. Пляски», должен ответить для себя сам…

    

Опубликовано здесь

Поздравляем с Днем рождения артисту Московского драматического театра "Модернъ" Надежду Меньшову и желаем ей всего самого наилучшего!!!

Надежда Меньшова

Родилась 30 апреля 1975 года.
Окончила в 1997г. Высшее Театральное училище им. М.С. Щепкина, курс Сафронова В.А.

театральные работы
Дипломные спектакли:
Ф. Достоевский «Идиот» - Настасья Филипповна
Д’ Эрве «Мадемуазель Нитуш» - Дениза
И. Шварц «Обыкновенное чудо» - Хозяйка
А. Островский «Светит, да не греет» - Степанида

В театре «Модернъ»:
«Путешествие маленького Принца» - Роза
«Трусохвостик» - коза
«Зайка-Зазнайка» - зайчиха
«Петля» - привидение
«Катерина Ивановна» - горничная Маша
«Счастливое событие» - Жена
«Расплюевские веселые дни» - Брандахлыстова
«Ищет Встречи»
«Старый Дом» - Зинаида Семеновна

Cла­во­мир Мро­жек. Сча­ст­ли­вое со­бы­тие. Те­атр «Мо­дерн». Ре­жис­сёр-по­ста­нов­щик Свет­ла­на Вра­го­ва.

Пье­са «Сча­ст­ли­вое со­бы­тие», на­пи­сан­ная зна­ме­ни­тым поль­ским дра­ма­тур­гом Сла­во­ми­ром Мро­же­ком в кон­це ше­с­ти­де­ся­тых, по го­ря­чим сле­дам ле­во­ра­ди­каль­ных и анар­хист­ских вы­ступ­ле­ний 1968 го­да в Ев­ро­пе, в ча­ст­но­с­ти в Па­ри­же, где в то вре­мя жил дра­ма­тург.

«Сча­ст­ли­вое со­бы­тие», на­ря­ду с на­пи­сан­ным в те же го­ды «Вац­ла­вом», от­но­сит­ся к чис­лу «пол­но­ме­т­раж­ных» пьес С.Мро­же­ка, на­пи­сан­ных в жа­н­ре фи­ло­соф­ской прит­чи и да­же в ка­кой-то сте­пе­ни ал­ле­го­рии об­ще­ст­вен­но­го ми­ро­ус­т­рой­ст­ва.

По объ­яв­ле­нию в се­мью, со­сто­я­щую из де­с­по­та-ста­ри­ка, от­став­но­го ге­не­ра­ла, не раз­ре­ша­ю­ще­го взрос­ло­му сы­ну и не­ве­ст­ке за­ве­с­ти де­тей и по­это­му спя­ще­го с ни­ми в од­ной кро­ва­ти, при­хо­дит квар­ти­рант – не­кий при­ше­лец, то ли бро­дя­чий ар­тист, то ли фо­кус­ник, то ли кар­точ­ный шу­лер.

Поль­зу­ясь при­ст­ра­с­ти­ем ста­ри­ка к азарт­ным иг­рам, гость обы­г­ры­ва­ет его в по­кер. Во­ля дрях­ло­го во­я­ки слом­ле­на, и мо­ло­дые су­пру­ги на­ко­нец за­во­дят ча­до. Ча­до, од­на­ко, ока­зы­ва­ет­ся с но­ро­вом, ве­ли­чи­ной со взрос­ло­го че­ло­ве­ка, по­сто­ян­но но­ро­вит уку­сить или ос­кор­бить ко­го-ни­будь из до­мо­чад­цев. Ус­тав от его вы­хо­док, мо­ло­дые уез­жа­ют в де­рев­ню, ос­та­вив при­сма­т­ри­вать за квар­ти­рой и ма­лы­шом при­шель­ца. За­кан­чи­ва­ет­ся всё тра­ги­че­с­ки – ре­бё­нок ус­т­ра­и­ва­ет в квар­ти­ре взрыв га­за…

Те­атр «Мо­дерн» впер­вые по­ста­вил пье­су ещё в 1999 го­ду, на сво­ей ма­лой сце­не, со Спар­та­ком Ми­шу­ли­ным в ро­ли Ста­ри­ка, од­на­ко с кон­чи­ной это­го за­ме­ча­тель­но­го ар­ти­с­та пре­кра­ти­лись и пред­став­ле­ния спек­так­ля.

В но­вой по­ста­нов­ке спек­такль пе­ре­не­сён на боль­шую сце­ну, и в не­го при­вне­се­ны бро­с­кие по­ста­но­воч­ные эф­фек­ты. Во-пер­вых, это гран­ди­оз­ные де­ко­ра­ции (ху­дож­ник-по­ста­нов­щик Ла­ри­са На­го­ло­ва) – под стать «Ты­ся­че и од­ной но­чи» или по мень­шей ме­ре «Бо­ри­су Го­ду­но­ву» или «Ри­чар­ду Тре­ть­е­му». Мно­го ба­лет­ных ди­вер­ти­с­мен­тов (ба­лет­мей­стер Та­ть­я­на Бо­ри­со­ва) – ког­да оде­тые в раз­но­об­раз­ные ко­с­тю­мы мо­ло­дые тан­цов­щи­ки и тан­цов­щи­цы вы­ска­ки­ва­ют на сце­ну и от­пля­сы­ва­ют во­круг ба­ту­та, изо­б­ра­жа­ю­ще­го ог­ром­ную су­пру­же­с­кую кро­вать, на ко­то­рой раз­ме­ща­ют­ся че­ты­ре че­ло­ве­ка – кро­ме мо­ло­дых Му­жа (Олег Ца­рёв), Же­ны (Ма­рия Ор­ло­ва) и ста­ро­го ге­не­ра­ла (ко­то­ро­го в но­вой по­ста­но­ве иг­ра­ет ак­тёр – ру­ко­во­ди­тель те­а­т­ра на Та­ган­ке Ва­ле­рий Зо­ло­ту­хин), это ещё и при­ше­лец (Па­вел Чу­к­ре­ев).

От­лич­ное впе­чат­ле­ние про­из­во­дит ак­тёр­ское во­пло­ще­ние всех ро­лей. Ва­ле­рий Зо­ло­ту­хин очень ре­а­ли­с­тич­но стро­ит об­раз ста­ро­го хан­жи и фа­на­ти­ка, по­те­ряв­ше­го весь свой ку­раж по­сле про­иг­ры­ша в кар­ты. Бле­с­тя­ще смо­т­рит­ся мо­ло­дой Па­вел Чу­к­ре­ев в ро­ли при­шель­ца-анар­хи­с­та-шу­ле­ра: пер­со­наж не толь­ко нагл и ци­ни­чен, но и вы­зы­ва­ет не­ко­то­рое со­чув­ст­вие, бу­ду­чи втя­ну­тым в се­мей­ные дряз­ги и про­бле­мы. Ак­тёр пре­крас­но дви­га­ет­ся и вы­пол­ня­ет ак­ро­ба­ти­че­с­кие трю­ки на ба­ту­те (пе­да­гог по ба­ту­ту Ни­ко­лай Пай­гин).

Сер­гей Пи­не­гин уди­ви­тель­но прав­до­по­доб­но изо­б­ра­жа­ет ве­ре­ща­ще­го ма­лют­ку в пол­зун­ках, но, не­смо­т­ря на впе­чат­ля­ю­щий, за­по­ми­на­ю­щий­ся об­раз, во­пло­щён­ный ак­тё­ром, ка­жет­ся, что об­раз этот «тя­нет оде­я­ло на се­бя» и не­сколь­ко от­вле­ка­ет от идей­но­го со­дер­жа­ния спек­так­ля: ос­та­ёт­ся впе­чат­ле­ние, что сто­и­ло до­ба­вить чуть боль­ше ус­лов­но­с­ти, брех­тов­ско­го, что ли, очуж­де­ния.

На­ря­ду с от­вле­ка­ю­щи­ми пыш­ны­ми де­ко­ра­ци­я­ми и тан­це­валь­ны­ми но­ме­ра­ми это при­во­дит к то­му, что, на наш взгляд, по­тен­ци­ал пье­сы ре­а­ли­зо­ван не в по­лной ме­ре. Са­ми по се­бе все эле­мен­ты впе­чат­ля­ю­щие – и бле­с­тя­щая иг­ра Зо­ло­ту­хи­на в ро­ли ге­не­ра­ла, и П.Чу­к­ре­е­ва в ро­ли квар­ти­ран­та, и Сер­гея Пи­не­ги­на в ро­ли Мла­ден­ца, но ме­та­фи­зи­че­с­кий смысл пье­сы Мро­же­ка по­рой от­хо­дит на зад­ний план. Тем не ме­нее, ра­ду­ет, что до­б­рот­ный спек­такль по пье­се вы­да­ю­ще­го­ся поль­ско­го дра­ма­тур­га не толь­ко вос­соз­дан, но и поль­зу­ет­ся не­со­мнен­ным ус­пе­хом у зри­те­лей. 

Ильдар САФУАНОВ

Литературная Россия, №13. 30.03.2012

 «Пляски»

А. Стриндберг, режиссер Владимир Агеев

«Переделать в корне представляется мне честнее…»

В Московском драматическом театре «Модернъ» состоялась премьера, которая в прежнее, еще не столь отдаленное от нас время, могла бы посчитаться серьезным театральным событием, достойным глубокого анализа и придирчивого «взвешивания» всех pro и contra. Но мы оказались во времени торопливого и не требующего доказательств рецензирования, когда писать надо короче, но непременно с использованием далеко не всем понятной лексики, многозначительно и, по возможности, занимаясь ставшим излюбленным для многих древнерусским стилем «плетения словес». Получается красиво и непонятно…

Можно так писать и об этом спектакле – сложном, требующем внимательного всматривания, точного считывания режиссерского прочтения (не во всем убедительного), проникновения (порой через силу) в предложенную атмосферу: запутанную, загадочную, окутанную философско-символическим флером. Но почему-то хочется попытаться разобраться в нем – слишком неожиданно задевает он какие-то очень важные струны нашего сегодняшнего состояния и нашего сегодняшнего бытия.

Речь идет о спектакле «Пляски», поставленным Владимиром Агеевым (художник Мария Филатова, костюмы Евгении Панфиловой, режиссер-хореограф Ульяна Бачерникова, музыка Филиппа Гласа, художник по свету Алексей Наумов) по драме Августа Стриндберга «Пляска смерти» с небольшими вкраплениями пьесы Фридриха Дюрренматта «Играем Стриндберга». Свою сценическую редакцию режиссер Владимир Агеев определил по жанру «танцдрама», соединив в единое целое пластическое и психологическое решение.

Написанная в 1901 году, пьеса А. Стриндберга сценического успеха в Швеции не обрела – известность к ней пришла лишь в 1912 году, когда «Пляску смерти» поставил в Берлине известный режиссер Макс Рейнхарт. С тех пор пьесу не раз ставили на мировых сценах, но, если обратиться к собственному опыту, виденные спектакли всегда вызывали интерес блистательными актерскими работами, но от длинного, запутанного текста веяло старомодностью и тоской. Говорю о сугубо личном восприятии, ни в коей мере не претендуя на обобщение.

Вероятно, подобное происходило не только со мной, потому что выдающийся немецкий драматург XX столетия Фридрих Дюрренматт с конца 60-х годов почти полностью отказался от собственного драматургического поиска и обратился к переделке чужих произведений («Прафауст» Гете, «Войцек» Бюхнера, «Тит Андроник» Шекспира). Классические материалы стали для Дюрренматта своеобразным «опытным полем» - он сокращал и переделывал тексты, насыщая их собственным взглядом на события и характеры, эля того, чтобы придать решающее значение не слову, а возможностям актера и сценическому языку (световым эффектам, музыкальному решению, паузам, сценографии и т.д.).

Под пером драматурга «Пляска смерти» Стриндберга приобрела отчетливо выраженную окраску семейной трагедии, в которой бессмысленность и безнадежность жизни иррациональны, потому что все тревоги, страхи, надежды обусловлены бытием на острове, среди морской стихии, неукротимой и непредсказуемой, диктующей свои законы существования.

Промелькнуло еще четыре с лишним десятилетия, и режиссер Владимир Агеев, создавая на основе двух текстов собственную интерпретацию, сделал еще один шаг от литературы к театру, не отказавшись полностью от общего для Стриндберга и Дюрренматта финала, как это может показаться  на первый взгляд, а полемически сочинив собственный, открытый для наших зрительских фантазий финал, одаривающий надеждой, как ни парадоксально это звучит, если иметь в виду мрачную, тяжелую пьесу Августа Стриндберга.

В каком-то смысле символично, что спектакль Макса Рейнхарта появился в 1912 году, а спустя  сто лет русский режиссер предложил нам свое, глубоко оригинальное прочтение. Символично в плане возвращения вечных вопросов с поражающей периодичностью во времени. Символично в смысле неменяющейся человеческой психологии и – главное -  в той острой необходимости обрести в наше время хоть какую-то хрупкую надежду, которая владела людьми и столетие назад.

Честно говоря, у меня вызвало некоторое сомнение жаровое определение «танцдрама», когда все, что происходит, пронизано вполне определенными библейскими, мистическими, символистскими реминисценциями, когда битва любви и ненависти подчеркнута и усилена островной психологией героев, а их диалоги насыщенны почти бытовым смыслом. Да, пластика спектакля выстроена безукоризненно – танцы Алисы (замечательно играет ее Ирина Гринева) и Курта (отличная работа Александра Усова) наполнены страстью, отчаянием, но все же в понятие «танцдрамы» не умещаются – в них та невозможность выговориться и желание досказать все до полного изнеможения, что не присущи балету. Танец Алисы – это и есть, в сущности, пляска смерти, к которой боязливо и неуклонно движутся они все: Курт, сама Алиса, Эдгар (сыгранный Алексеем Багдасаровым мощно и выразительно). Эдгар – человек, сочиняющий свою собственную жизнь и жизни тех, кто его окружает. Он живет в мире фантазий, неудовлетворившего его прошлого, потому ненависть переполняет его, вызывая, как мы сказали бы сегодня, тяжелейшие комплексы. «Он уже по другую сторону», - говорит об Эдгаре Курт, и в этот момент происходит то, что для меня стало главной линией мысли режиссера.

Заглянув туда, откуда возврата нет, Эдгар осознает истину: не волны и мрачные тучи (они постоянно даны в движении на экране) определили ход этой нелепой жизни, а ненависть, которая была допущена в отношения двух близких людей; ненависть, которая переполнила и столь неудовлетворенную своей жизнью Алису; ненависть, которая отравила Эдгара. Может быть, именно эта ненависть и зажгла пожар, что полыхает на экране, словно за окном их дома…

И за этим открытием следует финал, которого нет ни у Стриндберга, ни у Дюрренматта: Курт покидает остров, а Эдгар, зная, что дни его сочтены, отвечает на слова Алисы о том, что он – «настоящий мужчина»: «Нет ничего на свете, чего нельзя было бы исправить. Достаточно перечеркнуть прошлое и идти дальше…» Даже если жизни осталось совсем немного.

И с этой надеждой зрители покидают зал театра «Модернъ». С тем, что можно не стремиться переделать мир, достаточно преодолеть в себе ненависть, агрессию, непонимание другого человека. Это очень трудно, но – возможно…

Дюрренматт, завершая работу над переделкой пьесы Стриндберга, предпослал своему сочинению авторское уведомление, в котором есть такие слова: «Переделать в корне представляется мне честнее…» По отношению к Августу Стриндбергу, по отношению ко времени и его потребностям, можем мы добавить.

Владимир Агеев, как представляется, поступил честно по отношению к времени и зрителю.

Наталья Старосельская

Планета Красота № 03-04 2012

Судьба и темы Олега Царева

Ему было суждено поступить в театральное училище им. Щепкина при Малом театре. Высокого, статного, обаятельного юношу с красивым голосом трудно было не заметить. Он был словно создан для Малого театра, всегда славившегося своими героями-мужчинами, способными воплощать на сцене выдающиеся образы русской классики. Олег Харитонов оказался на курсе Михаила Ивановича Царева – актера и человека во всех смыслах легендарного. Именно от Царева начинающий артист узнал одну простую, но такую важную в театральном деле истину: самое важное в профессии – это упорство и труд. Упорство, которое помогает преодолеть неудачи и отчаяние, помогает обрести веру в себя даже тогда, когда эта вера почти утрачена. И труд, что способен дать ключ к роли, помочь в работе над спектаклем какой бы мучительной эта работа не была.

Воспитанники Михаила Царева были дружным и талантливым курсом. Уже на выпуске дипломного спектакля «Дом» по роману Федора Абрамова многие поговаривали о том, что хорошо бы не разрушать этот маленький и сплоченный коллектив, который может перерасти в театр. Но – не случилось. И в 1986 году Олег Харитонов попал в Драматический театр им. К.С. Станиславского, где ему предложили вестись на роль Кристиана в знаменитом спектакле «Сирано де Бержерак» с Сергеем Шакуровым в главной роли. Казалось, что молодого артиста ждет вполне традиционный путь – вводы, массовка, небольшие эпизоды, а через несколько лет – роли второго плана и, наконец, главные. На это может уйти вся жизнь. Но, как известно, молодости свойственны нетерпение и желание заявить о себе сразу и громко. И Олег не был исключением. Когда через год после окончания Щепкинского училища, Светлана Врагова предложила бывшим выпускникам снова собраться для общего дела, Олег не раздумывал ни минуты. Он оставил популярный в то время Театр им. Станиславского и с головой ушел новое дело, полное риска и пугающей неизвестности. Режиссер Светлана Врагова предложила молодым актерам пьесу «Дорогая Елена Сергеевна» Людмилы Разумовской. С нее, собственно, и берет свое начало студия на Спартаковской, со временем переродившаяся в театр «Модернъ», где Олегу Харитонову суждено было стать первым артистом…

«Дорогая Елена Сергеевна» взорвала театральную Москву. О каждом из исполнителей говорили много и серьезно. В поле особого внимания попал Олег. Его герой Володя был кумиром девочек. Такие мальчики есть в любом классе. Они всегда в центре, всегда хотят быть лучшими. Они – неформальные лидеры, но природа этого лидерства иногда принимает зловещие формы. Так случилось и с героем Олега Харитонова. Постепенно, Володя проявлял свою истинную сущность. Актеру в этой роли удалось передать глубину натуры своего персонажа – еще совсем юного человека, изуродованного социальной системой, основанной на лицемерии и лжи. Роль в «Дорогой Елене Сергеевне» сразу выдвинула артиста на первый план. Он занял свою нишу в формирующемся молодом театре и жаждал доказать, что многое может. Он играет Варравина в «Расплюевских веселых днях», за что получил премию за лучшее исполнение мужской роли на театральном фестивале «Игры в Лефортово», Алика в «Видео. Бокс. Пуля», Маэстро в «…Ищет встречи!».

Второй судьбоносной работой Олега Харитонова стала роль Георгия Стибелева в драме Леонида Андреева «Катерина Ивановна».  С этого спектакля театр-студия на Спартаковской стал называться театром «Модернъ» и обрел свой, неповторимый стиль. Но с этой работы изменения произошли и в биографии артиста. Роль Стибелева давалась актеру с трудом. Он долго не мог перейти от жестокого натурализма, документальности, свойственной произведению Разумовской к особой манере письма Леонида Андреева, в драме которого была и невероятная чувственность, и мистика, и ощущение трагизма бытия. В особо тяжелый момент репетиций, когда все шло из рук вон плохо, режиссер спектакля Светлана Врагова вдруг сказала: «Олег, ну вот представь себе, как бы эту сцену сыграл Михаил Иванович Царев». Харитонов попробовал, и роль сразу «пошла». С этого дня, с благословения вдовы Михаила Ивановича Варвары Григорьевны, Олег Харитонов взял себе псевдоним и стал Олегом Царевым. Его Стибелев – человек сильный, мужественный, способный на неординарные поступки и на сильные проявления чувств. Образ Стибелева в какой-то степени продолжил свое развитие в другой работе. Вскоре на сцене «Модерна» появляется спектакль «Петля» Рустама Ибрагимбекова, рассказывающий о судьбе русского офицерства после революции. Царев исполняет роль полковника Субботина – русского офицера, оказавшегося в эмиграции. Такие понятия, как верность и честь для Субботина не просто слова. Это жизненно важные принципы, отказаться от которых он не может, не хочет, не имеет права. Для таких людей, как Субботин, бесчестье равносильно смерти. Олег Царев в этой работе сумел передать трагедию целого поколения русских офицеров, чья разлука с родиной, осознание своей ненужности Отечеству лишают их жизненной силы, медленно и мучительно обрекают их на гибель.

Но актерский диапазон Олега Царева оказался намного шире, чем казалось первоначально. Амплуа «героя-любовника», неважно, положительного или отрицательного не помешало артисту попробовать свои силы в «легком жанре». В «Счастливом событии» польского драматурга Славомира Мрожека Цареву досталась роль жалкого, слабохарактерного Мужа – существа достойного презрения и насмешек. Царев прекрасно справился с поставленной перед ним задачей и предстал замечательный комедийным артистом, способным тонко, остро, смешно, и парадоксально существовать в атмосфере абсурда, что является сущностью «Счастливого события».

Не так давно в репертуаре театра «Модернъ» появился спектакль «Старый дом» по пьесе Алексея Казанцева в постановке Светланы Враговой. В «Старом доме» Олег Царев играет советского ученого по имени Олег. Можно смело сказать, что эта роль – этапная. И не только потому, что артисту выпала уникальная возможность прожить на сцене целую жизнь своего героя. Прожить ее с самых юных лет до зрелости, но и показать, как меняется душа человека под ударами судьбы. Как испытания, выпадающие на долю того, кто любит и любим, оказываются сильнее чувств. Как обстоятельства и люди разрушают самое прекрасное в судьбе каждого – любовь. Герой Царева из наивного, горячего, влюбленного и полного романтических надежд юноши превращается в усталого, надломленного, потерявшего еру в счастье человека. Жизнь проходит, остаются только воспоминания о том, что не сбылось, что не состоялось, что безвозвратно утеряно. В «Старом доме» Казанцева артист увидел в Олеге чеховского персонажа, с его обреченностью и трагическим восприятием самых простых вещей, а еще – смирением, с которым его герой несет свой крест и, может быть, верует. Верует, где-то в глубине своей измученной души и израненного сердца.

В театральном сезоне 2011/2012 года заслуженный артист России Олег Царев отметил юбилей. Ему исполнилось пятьдесят. Ровно половину своей жизни он отдал «Модерну», отдал, свято помня заветы своего учителя, на деле понимая, что упорство и труд ничуть не меньшие величины, чем данный богом талант. А еще – верность… Верность себе, верность своему режиссеру, верность своему театру. Для Олега Царева это непустые слова, это его судьба, его жизнь…

Жанна Филатова
Планета Красота, № 03-04 2012

3 мая в 22.00 гостем  программы «Рожденные в СССР» в прямом эфире телеканала «Ностальгия» станет Светлана Врагова, режиссер, художественный руководитель Московского драматического театра «Модернъ».

Светлана Врагова, народная артистка РФ, режиссер. Работала в Московском драматическом театре им. Пушкина, Новом драматическом театре, МХТ.  В  1988 году создала Театр-студию  «На Спартаковской» (с 1995 года - театр «Модернъ»). Самые известные постановки: «Пятый десяток», «Дорогая Елена Сергеевна», «Ждем человека», «Катерина Ивановна».

Не пропустите! Начало программы  в 22.00 - http://www.nostalgiatv.ru/387/?id=50

ПРОГРАММА «РОЖДЕННЫЕ В СССР» -  ежедневное интерактивное общение со  зрителями! Каждый вечер в прямом эфире телеканала их ждет встреча с интересным гостем.
Вы можете оставить свои вопросы на автоответчике или задать их по телефону
прямого эфира +7 (495) 969-22-11, а также на сайте телеканала - http://www.nostalgiatv.ru/385/.

Сегодня День рождения у актрисы Театра «Модернъ» Марьи Афанасьевой!  Ей исполнилось 24 года.

Мы поздравляем Марию с этим событием в ее жизни и желаем интересных ролей в театре и кино, больших и маленьких творческих удач, радости и всего самого наилучшего!

Кстати, сегодня в День своего рождения Маша выйдет на сцену Театра «Модернъ» в роли Фелициаты Михайловны в спектакле «Дядюшкин сон».


Марья Афанасьева

Родилась 18 апреля 1988 года.
В 2010 году окончила Высшее театральное училище им. Щепкина, курс Николая Афонина.
С 2010 года - актриса Московского Драматического театра "Модернъ".

Театральные работы в Театре "Модернъ":
"Саломея" О.Уайльд - рабыня Саломеи,
"Дядюшкин сон" Ф.Достоевский - Фелициата Михайловна,
"Счастливое событие" С.Мрожек - эльф,
"Путешествие маленького принца" А. Экзюпери
"Ищет встречи",
"Трусохвостик" С.Михалков - Коза,
"Зайка-зазнайка" С.Михалков - Рыжая Лиса.